ПУШКИН, ХЕЙТЕРЫ И ТАЙМ-МЕНЕДЖМЕНТ

Фантазия

Город засыпает, просыпается… нет, не мафия. Копирайтер, эсэмэмщица, редактор, таргетолог, контент-менеджер, монтажер и дизайнер. И, конечно, большинство людей творческих профессий предпочтут работать днем, но срочные сообщения и рабочие чаты в мессенджерах сами себя не прочитают.

В идеале, конечно, можно отключить на несколько часов все уведомления (и детей на беззвучный режим поставить), но не у всех есть такая возможность. И поэтому сосредоточиться иногда получается только ночью.

Порой я думаю, что мы не увидели бы и половины произведений Пушкина, если бы в то время существовали соцсети.

Ну представьте.

Звук пера по бумаге.

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный…»

Трень!

Чат с Наташей:

Купи домой молока, а Коленьке — петушка на палочке.

«Я памятник себе воздвиг…»

Трень!

Чат с Наташей:

Остальные дети тоже хотят петушков. И моченых яблок. Загляни в лавку к Осипову, там самые вкусные. Целую.

«Я. Памятник…»

Трень!

Сестрица Оля:

Вы вечером дома? Заедем на чай.

Трень!

Я твою маму… (нецензурная брань).

«Что-о-о? Так, посмотрю номер. Нет, надо закончить. Я памятник себе… Блин, ну что за дурак это написал? И ведь не первый год живу публичной жизнью, а все равно неприятно. Все-таки посмотрю номер. Так… Это ж телега, номер скрыт. Опять кто-то разболтал контакты.

Я памятник…»

Трень!

Щенок! У тебя что, совсем нет гордости?

«Я к вам… Черт, надо отключить вообще все оповещения. Очередной неадекват. Уф, сделано. Выдыхай, Саша, выдыхай, это все южная кровь…

Так.

Я к вам пишу, тьфу, то есть, памятник… А все-таки звук надо включить, Смирдин обещал известить, когда заплатит следующий гонорар, а деньги уже заканчиваются. Да и скоро новый сборник издавать, тоже должны написать, что там с договором и вычиткой. Так… Включено…»

Трень, трень, трень, трень, трень, трень, трень, трень, трень.

«Просто не обращай внимания, Саша. Я к вам пишу… Памятник! А вдруг Смирдин? Надо глянуть… Нет, жаль…»

Трень!

Гоголь:

Александр Сергеич, вы — силища! Вчера были в салоне N, читали вашего «Онегина», дамы рыдали! Малиновский поднимал за вас тост, все аплодировали, гордимся! Не обращайте внимания на завистливых французов, вы выше этого. И вообще, понаехали тут!

«Я памятник себе воздвиг… Странно, что это он про французов?.. А все-таки приятно такое от Николая.

Так, я памятник…»

Трень!

Номер скрыт:

Язык проглотил, сутулая и бесталанная ты собака? Мой извозчик пишет лучше, чем ты!

«А-а-а! Да что ж такое! Какая-то атака ботов сегодня, и, как назло, надо срочно сдать текст.

Я памятник…»

Трень!

Смирдин:

Саша, буду рад тебя видеть вечером, отдам гонорар. Где встретимся?

«Отличные новости. Можно закончить пораньше, заеду к Смирдину, потом в лавку к Осипову и домой. Я памятник…»

Трень!

Каверин:

Сашок, друг! Как же трещит голова! Заеду вечером? Есть квашеная капуста или щи? Вчера с Гоголем надрались после того, как читали твоего «Онегина» в салоне N. Ты гений! Дантес, черт завистливый, тоже надрался и нес ахинею. Орал непотребности про твою маму, стихи и Наташу. Получил в кривой французский нос.

«Ах, та-а-ак… Ну, я этого так не оставлю! Где там номер этого французско-голландского гастарбайтера?»