Кира Османова. Воробьиным пером. Стихотворения

Османова Кира Павловна (Кира Скиба), 1982 г.р. Филолог, поэт, переводчик, эссеист, преподаватель высшей школы. В настоящее время — преподаватель кафедры зарубежной литературы РГПУ имени А. И. Герцена.
Автор книги стихотворений «Нет синонима» (Москва, 2021). Автор публикаций в периодических изданиях: «Семь искусств», «Хороший текст», «Prosōdia», «Причал», «Метаморфозы», «Литературные известия», «Веретено», «Зинзивер», «Твоя глава», «Южное сияние», «45-я параллель», «Формаслов», «Глаголъ», «Что есть Истина?», «Бельские просторы», «День и ночь», «Литературные знакомства», «Урал» и др.
Лауреат I степени литературной премии «Молодой Петербург» (2020) в номинации «Поэзия».
Член Союза писателей России, Союза переводчиков России, Союза писателей XXI века, Международной гильдии писателей (Германия). Живёт в Санкт-Петербурге.

ВОРОБЬИНЫМ ПЕРОМ

Стихотворения

* * *
Просто мысль о том, что не вышло взлететь высоко
(Тривиальность правды; кто же тебе помешал?),
Возникает так неожиданно; самоукор
До того тревожит — хохлится тотчас душа.
И ныряешь в эти сыпучие дни, как в песок,
И по-птичьи тщишься вычистить ими себе
Оболочку. Кажется, стал и клюваст, и весом,
Распушился, ишь ты, важный какой воробей.
А внутри свербит-свиристит: «Высота, да не та!»
Выносить себя: чем дальше — тем точно больней.
Но упрямо ищешь одну ключевую деталь —
Вот она-то жизнь твою оправдает вполне.
Никогда в изящных искусствах детали не врут.
Драгоценный росчерк (он незаметен порой):
Так, прозрачным сам залюбуешься воздухом вдруг
И парящим в нём легко воробьиным пером.

 

Тайный сад

1
Вечно искать образец: на кого похож? кому подобен якобы?
Клёкот колючий в кроне куста: «Как кто? Как кто?»
Я ли по принципу сходства задуман кем-то, сложной формой я ли был
(Той, за которой суть исчезает)? Мнимый толк…
Всё потому, что мне нравится слово… предположим, слово «ягоды»
Больше, чем сам крыжовник, как есть, — на вид, на вкус.
И утверждение «я — как ты» (прежде гордо так звучало), «я — как ты»
Стало теперь неправдой. И стих трепливый куст.
2
Посегодня неясно:
как это речью выразить можно,
как эти звуки трудными стали,
как, неужели ты, сокрушённый, —
а вышел, выходишь, выйдешь из тайного сада.
Даже неба боялся.
В сад проскользнул ребёнком тревожным,
(день завершился, взрослые спали),
вверх не смотрел, смотрел на крыжовник,
ужасно хотелось ягод — тугих, полосатых.
И не верится даже:
ты не один, конечно, страдалец,
косноязычный, дышишь в потёмках, —
пугало одаль, платье в заплатках, —
а будто один, ничью не принявший опеку.
Что действительно важно —
мстительный куст, проколотый палец,
сизое небо в кровоподтёках,
хочешь заплакать — да не заплакать —
о том не расскажешь ни одному человеку.
3
Никому не расскажешь о том, как жил.
Рассказать, тем не менее, есть о чём.
Вот и делаешь вид, что особый шик —
В нарочитом молчании. Весь расчёт,
Что поверят: ты сам предпочёл — таить,
Ты не любишь досужего карканья.
И загадочны прошлые дни твои,
И в звучании лиственном, камерном
Вдруг подумаешь — кем бы ты вправду стал,
Если б смел изъясняться с ошибками.
Копошатся вороны в густых кустах,
Как ожившая жуткая жимолость.