ВРЕМЯ И ТВОРЧЕСТВО
Эссе
Я хорошо помню, как меня поразила когда-то история жизни Берты Моризо. Талантливая художница, ученица Клода Моне, любившая своего учителя, но волею судьбы вышедшая замуж за его родного брата Эдуарда, она была вынуждена оставить живопись из-за, как писали в одной из статей, семейных забот. Несмотря на безбедную жизнь (которую обеспечивал Берте ее супруг, очень привязанный к семье и дочери, их единственному ребенку), привилегированность по крови, уникальные способности – настолько яркие, что сейчас, глядя на работы Моризо, невозможно отличить их от работ самого Моне, – у нее в конце концов не хватило времени и сил продолжать заниматься живописью. И это в эпоху, когда аристократия, в отличие от низших классов, так или иначе все же могла себе позволить заниматься тем, что нравится. Что же говорить о нынешнем времени, в котором заботы о хлебе насущном стоят перед каждым из нас?
Теория привязанностей говорит нам о том, что женщины, в отличие от мужчин, более склонны жертвовать собой ради значимых близких, будь то семья, друзья или кто-то из близкого круга. Не сказать, чтобы мужчины были вовсе лишены подобного самопожертвования, но считается (и подтверждается на деле статистически), что степень их личной заинтересованности в реализации своих способностей, талантов и интересов существенно выше. Однако говорить о тотальных различиях в возможностях и способностях к личной реализации не приходится: все мы, мужчины и женщины, одинаково беззащитны перед обстоятельствами зарабатывать свои рубли и копейки, чтобы не умереть с голоду.
Значит ли это, что творчество для человека избыточно? Да, безусловно, это так. Большинство людей легко обойдется без творчества. Значит ли это, что человечество в принципе может обойтись без творчества? А вот на этот вопрос нет и не может быть однозначного ответа: кто-то легко переносит отсутствие живописи и книг в своей жизни, а для кого-то книги или живопись – главное дело жизни, без которого сама жизнь теряет всякий смысл.
Более того, творчество, искусство есть одно из ключевых отличий Homo sapiens от остальных животных. Возникнув на заре человеческой цивилизации, около 40-30 тысяч лет назад, творчество на всем протяжении этого большого пути, есть не только продукт человеческой деятельности, но и в значительной степени то, что само оказывает огромное влияние на человека. То есть творчество – это прежде всего продукт и заслуга цивилизации.
Но какую цену платит отдельно взятый творец, чтобы эти цивилизационные механизмы поддерживались? Можно взять любую эпоху, любого значимого художника – да хоть нескольких, хоть большинство – и увидеть, что цена эта при любом раскладе велика. И Берта Моризо, оставившая после себя не только потомство и добрую память, но и значительное количество первоклассных произведений искусства, обошлась еще малой кровью: не реализовавшись в полную силу как творец, она была счастлива хотя бы в своем малом семейном круге. Стоит ли говорить, что большинство людей и без всякого отношения к искусству не имеют и малой толики того, что выпало на ее долю?
Творчество как величина избыточная, необязательная, требует от своего творца усилий, для которых и прежде, и в современном мире ресурсов мало. И тем не менее творцы почему-то не переводятся. Творческая реализация – процесс сугубо индивидуальный, и при наличии огромного количества примеров каких-либо правил или универсальных методов человечество так и не выработало.
Взять хотя бы Сезанна и Гогена – людей того же временного и территориального круга, что и Моризо. Первый вырос в большого художника только потому, что, помимо уверенности в себе и страстного желания сказать свое слово в искусстве, имел папу-банкира, оставившего сыну солидный капитал; второй – путем принесения в жертву своему творчеству и семьи, и общественного статуса, и, в конце концов, самой жизни, хоть и проведя ее остаток на райских островах.
Цена у творчества разная. Наша цифровая эпоха в сравнении с другими временами имеет некоторые преимущества в том смысле, что нынче каждый, кто возомнил себя художником или поэтом, может рассчитывать на внимание со стороны определенной аудитории. Эти преимущества, увы, обеспечивают размывание границы качества, ибо массовость продукта, разумеется, не обеспечивает его профессионального исполнения. Впрочем, раньше такое тоже бывало и не раз, вспомнить хотя бы отношение мэтров Озерной школы к творчеству Китса или Набокова к стихам Бродского.
На мой взгляд, основное препятствие, с которым сталкивается человек, решивший поставить творчество в центр своего мироздания, – это острейшая нехватка времени. Уплотненная, жесткая темпоральность на самых высоких оборотах, когда само существование требует от нас не только ранних подъемов, необходимости решать десятки разных задач одновременно, не способствует не только творчеству как таковому. Конечно, среди нас, наверное, есть и дети банкиров, и те, кто, решив стать дауншифтером, довольствуется очень малым, но таких меньшинство. Что же делать?
Опять же – универсального метода нет и не будет, но, как говорил мне в одной из наших длинных бесед один мой друг, врач и писатель, загруженный делами не хуже любого из нас, для творчества нужны две вещи: покой и досуг. Однако, даже если у нас мало и того, и другого, мы вряд ли будем способны отказаться от творчества, ибо, как я указывала выше, оно значимо для нас в первую очередь потому, что во многом, если не во всем, способно влиять на нашу собственную, увы, достаточно короткую жизнь. Но именно это влияние, оно одно, способно делать нас полноценными людьми.
