Алексей Винокуров. Герой и математик. Отрывок из книги "Коты Фортуны"

Алексей Винокуров – прозаик, драматург, сценарист. Родился в Перми в 1969 году. Учился в московском МГПИ имени Ленина на филологическом факультете. Работал в отделе литературы и искусства в «Московском комсомольце», колумнистом в «Новом времени», завотделом публицистики в газете «Iностранец», главным редактором журнала «Другой». Был постоянным автором программы «Куклы». Автор двух десятков телепроектов, в том числе ряда популярных телесериалов. Первые крупные публикации – роман «О карлике бедном» в журнале «Постскриптум» и повесть «Туда, где нас нет» в журнале «Знамя» в 1997 году. Автор книг «Люди Черного дракона», «Ангел пригляда», «Темные вершины». Синолог, автор книги «Весь Китай». Финалист литературной премии «Большая книга» (2018), лауреат журнала «Знамя» и Библиотеки иностранной литературы имени Рудомино, лауреат национального конкурса «Книга года-2012», финалист конкурса «Российский сюжет». Лауреат ТЭФИ-1996.

ГЕРОЙ И МАТЕМАТИК

Отрывок из книги «Коты Фортуны»

Весна нового 2015 года началась с того, что мы обнаружили под балконом первого этажа маленького котенка, возрастом от силы в месяц. Точнее сказать, обнаружила его теща, когда шла утром на работу.
— Его, наверное, мама-кошка бросила, — решила она и позвонила моей жене: может быть, можно как-то помочь котику?
Мы вышли посмотреть на пушистого. При этом нас, что называется, терзали смешанные чувства. После смерти Мадлен мы решили не заводить больше котов — слишком сильный перенесли мы тогда удар. Но просто выйти, посмотреть на котенка, может быть, покормить его, отогнать собаку — в то время по городу еще бегали бродячие собаки… В конце концов, никто ведь не заставляет нас его брать. Может быть, мать-кошка его и не бросила, а просто временно оставила одного под балконом. Подталкиваемые такими малодушными соображениями, мы не выдержали и вышли — что называется, на свою голову.
Котенок все еще сидел под балконом. Он был совсем маленький, пушистый, как все котята в его возрасте, и песчано-золотистый. Глаза были круглыми и сияли сапфировым светом. У маленьких котят, если кто не знает, глаза обычно голубые, а с возрастом они меняют цвет и приобретают оттенок самых редких и удивительных драгоценных камней.
Пушистый увидел нас, прижался к земле и неслышно зашипел.
— Ты смотри, какой суровый, — сказала жена. — Может, ты еще и царапаться будешь?
«Может, и буду, — отразилось в голубых глазенках. — А вы кто такие есть, чтобы вас не царапать?»
Жена наклонилась, сделала шаг под балкон и потянулась к малышу. Котенок поднялся с земли и прыжками, словно маленький коник, помчался в другой конец балкона.
Сердце наше дрогнуло.
— Он погибнет здесь, — сказала жена. — Счастье, что его до сих пор не нашли собаки…
Так судьба котика была решена — мы забрали его в свой осиротевший после смерти Мадлен дом.
Имя мы ему, как водится, дали не сразу, некоторое время приглядывались, стараясь понять, какое подойдет ему больше всего. И лишь убедившись в необыкновенной сметливости нашего приемыша, догадались, что он — не кто иной, как Архимед. Впрочем, есть у него и другое, тайное имя, но оно на то и тайное, что его знаем только мы втроем: я, жена и сам Архимед.
А Архимед сделался Архимедом после того, как мы купили ему мышь на резинке и начали с ним играть. Архимед, который был сам еще меньше ладони, проявил необыкновенный геометрический талант — он бежал не за мышью, даже не наперерез ей, а туда, куда она, по его расчетам, должна была прилететь. Такую же сообразительность он проявил и в игре с лазерной указкой. Когда ему надоедало, он переставал гоняться за световым пятном, а бил прямо по руке, в которой находится указка. Таким образом, с раннего детства он обнаружил глубокое понимание взаимосвязи вещей и явлений и способность докапываться до самой сути — вот так он и получил имя древнегреческого математика и мудреца.
Но это, как уже говорилось, случилось несколько позже. А в первый день мы его доставили домой, накормили — ел котействующий так, что за ушами трещало — и поселили на диване в нашей комнате: расстелили теплый оренбургский платок и в этот платок его посадили.
Котенок, надо сказать, проявил необыкновенную выдержку и сознательность. Часа полтора он терпеливо сидел на диване и никуда не двигался. Потом вдруг решительно выпрыгнул из платка, кубарем скатился на пол и помчался в санузел, где немедленно спрятался под ванной. Любопытствуя, почему же он вдруг выскочил из столь удобного и теплого ложа, как платок, я обнаружил, что он, оказывается, прямо в этот самый платок и написал.
Я пытался вытащить котенка на белый свет, но он ушел в несознанку, в самый дальний и темный угол.
— Ничего, — сказала жена, — посидит, осмотрится — и выйдет. А если нет, выманим его едой.
Так оно и случилось. К вечеру котенок вылез из-под ванны и стал разгуливать — пока только по нашей комнате. Он был такой маленький, что мы никуда больше его не пускали, боясь, что он заблудится в бесконечных просторах квартиры или ляжет где-нибудь в темном углу, и мы сослепу на него наступим.
Несмотря на чрезвычайно мелкий вид, котенок оказался сообразительным и деловитым. Нас немножко волновал вопрос ходьбы в туалет. У нас, конечно, имелся некоторый запас теплых платков, но, боюсь, надолго бы их не хватило.
На наше счастье, Архимед проявил необыкновенную разумность. Мы поставили ему туалетный лоток прямо у нас в комнате, насыпали туда наполнитель и пошебуршали в нем руками, намекая, что именно так приличные котофеи справляют естественные надобности. Котик сразу все понял и спустя пару минут исполнил предназначенное природой.
Правда, в туалет он ходил несколько оригинально. Видимо, бортик лотка казался ему слишком высоким и неудобным для перелезания, и он придумал особенную технику. По подставленной наискосок диванной подушке Архимед забирался на кресло, разбегался и, растопырив все четыре лапы, прыгал — а точнее сказать, взлетал — и падал прямо в лоток, который на фоне небольших его габаритов казался настоящим бассейном, только не с водой, а с кошачьим наполнителем. Первые пару раз немного не долетал и плюхался прямо на бортик, но потом мы подставили лоток поближе к креслу, и дело пошло на лад.
Ночью мы погружались в сон и не могли приглядывать за котенком должным образом. По этой причине на ночь мы прятали Архимеда в переноску, боясь, что он куда-нибудь заберется или откуда-нибудь свалится. Однако довольно скоро мы убедились в его самостоятельности и разумности и стали даже ночью давать ему полную свободу. Он воспользовался ей вполне разумно — залезал на постель и спал вместе с нами. Единственное, что нас страшило по-настоящему — что мы, повернувшись во сне, его придавим. Поэтому спали мы очень чутко, улегшись один раз, лежали, как каменные, и совершенно не ворочались.
Архимед же в конце концов нашел для себя довольно удобное место на диване — как раз между нашими подушками. Таким образом, проснувшись среди ночи, можно было увидеть два маленьких круглых глаза, которые внимательно тебя изучали.
В те годы мы с женой регулярно ездили в Китай. Как раз перед самым появлением Архимеда мы заказали авиабилеты в Поднебесную и забронировали гостиницу. В принципе, в этом не было ничего страшного, вот только Архимед, как и все уличные котята, имел кучу разных наследственных и благоприобретенных заболеваний. Мы отвезли его в ветклинику, где у него все вышеописанные заболевания немедленно обнаружились, начиная от сравнительно легких до весьма серьезных.
— Где взяли? — спросил нас суровый врач, взыскательно щупая нашего малыша.
— Под балконом, — честно признались мы.
— Понятно, помойный котенок, — кивнул тот.
После чего выписал кучу лекарств, в том числе и такие, которые надо было вкалывать шприцом, и отпустил нас восвояси.
Что было делать? Отменять вожделенную поездку в Китай? К счастью, нас выручила теща.
— Ничего, — сказала она, — езжайте, как-нибудь справимся.
И мы, хоть и с некоторым трепетом, отправились в Китай. А Архимед наш на целых две недели остался на попечении у тещи, которая и кормила его, и лечила, благо уколы колоть умела. Именно общением с тещей в столь нежном возрасте я объясняю необыкновенную суровость, которая вскоре проявилась в его характере наравне с игривостью и легким хулиганством.
Архимед, как и следовало ожидать, рос не по дням, а по часам. К счастью, в то время я уже зарегистрировался в соцсетях, где подробно описывал его детство и юность, так что сейчас не составляет никаких трудностей восстановить весь его куррикулюм витэ.
Итак, первое, что бросалось в глаза, так это нечеловеческая суровость Архимеда. С одной стороны, он был котенок ласковый и с удовольствием нас облизывал. С другой, когда мы вернулись из Китая, он повел себя, как настоящий чертенок. Вечером, стоило нам лечь, он забирался на кровать, прямо на одеяло, и атаковал наши руки, кусаясь совершенно диким и нечеловеческим образом. Я пытался его отбрасывать, но он, отлетев на полметра и шлепнувшись на одеяло, снова бросался в атаку. Руки приходилось прятать. Тогда он поворачивал голову и пристально глядел мне прямо в лицо, как бы выискивая наиболее подходящее место для нападения. Справедливости ради заметим, что из такого положения он за лицо не кусал и лапами по нему не бил, для этого существовали другие обстоятельства.
Будучи котенком, больше всего на свете он не любил, когда его брали на руки. И это было легко объяснимо. Архимед наш считал себя человеком, таким же, как я и жена. Но мы-то ведь не хватали друг друга на руки и не поднимали в воздух, чтобы потискать. С какой же стати он должен был подвергаться столь сомнительным экзекуциям?
Если я, движимый исключительно любовью и желанием обнять котика, все-таки брал его на руки, он поворачивал голову и глядел прямо в глаза долгим взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Если я не понимал столь явного намека, спустя примерно полминуты он дергал головой и ловко кусал меня за нос, подбородок, щеки или любую другую выступающую часть лица. Тут главное было не выронить его из рук, потому что тогда он повисал на зубах прямо на носе, щеках или на том, за что он там успел укусить…
Поэтому, беря котенка на руки, мы знали, что у нас есть примерно полминуты. Чтобы продлить это время, требовалось отвернуть кота от себя и поднять повыше — тогда он с любопытством начинал разглядывать окружающее пространство, особенно верхние его части, всякие там лампы и потолки, где он в силу понятных причин никогда не оказывался. При этом надо было не стоять на месте, а идти. Тогда он начинал крутить головой по сторонам и совершенно забывал о своих намерениях искусать весь подлунный мир.
С возрастом котик наш стал спокойнее и, взятый на руки, уже не кусался, но лишь угрожающе дергал головой, как змея перед укусом. Позже и это кончилось и, оказавшись на руках, он только взвизгивал недовольно и отпихивался задней лапой.
С детства мы заметили за Архимедом одно удивительное свойство, которое скорее присуще бывает холоднокровным — он приобретал оттенок того предмета, на котором лежал, будь то диванное покрывало, стул, стол или ковер на полу. Понятно, что не всегда это удавалось буквально, он не мог, например, стать багрово-красным или совсем белым, но зеленоватым, синеватым, золотым или светло-фиолетовым — запросто.
Юность Архимеда полна была разных невинных затей. Например, когда мы завтракали, он приходил и садился с нами за стол. Нижние лапы его располагались на стуле, а верхние он, как человек, клал на скатерть. Вероятно, ему казалось, что таким образом он совершенно узаконивает свой человеческий, а не кошачий статус.
Отдельный интерес представляют кулинарные предпочтения Архимеда.
Простой кот, разумеется, ел бы кошачью еду. Не то Архимед: с младых ногтей он предпочитал есть то же самое, что и мы с женой. А поскольку мы китаисты, то и блюда, к которым он пристраивался, подчас оказывались весьма экзотическими. Про кушанья ординарные вроде свинины юйсян, курицы гунбао, битых огурцов и тому подобное я даже говорить не буду. Но как-то раз мы за ним недосмотрели, и он исхитрился проглотить небольшую свиную косточку в кисло-сладком соусе, доказав тем самым, что у него нет религиозных предрассудков.
Мы боялись, что кость станет ему попрек пищевода и придется делать операцию. Но то ли косточка благополучно вышла наружу сама собой, то ли он на самом деле не глотал ее, а просто благополучно загнал куда-нибудь под шкаф — так или иначе, никаких последствий эта история не имела…
С котиком нашим все время происходили какие-то забавные истории. Многие из них я запечатлел в соцсетях, и сейчас, полагаю, самое время использовать мои заметки.

***

Позавчера кот украл тарелку с жареными грибами и слопал. Вчера пытался стащить и съесть кусок соленой рыбы. Кусал и выплевывал, кусал и выплевывал — так и не осилил. Потом грозно смотрел на меня, как тот солдат, которого кормили черной икрой: «Еще и война не началась, а уже какой гадостью кормят!» А колбасу на бутерброде не ест, только отдельно.
А потом скажут, что это я кота голодом морю. А у него просто характер такой — любопытный.

***

Кот лопает все, до чего дотянется: огурцы, каши, овощное рагу, рыбьи хвосты, орешки, острые куриные лапки, свинину на ребрышках, семечки, из которых растет трава, все виды цветов, разумеется, пытается жевать яблоки — еле успеваем оттаскивать. И это при том, что тарелки постоянно пополняются первоклассной кошачьей едой… Не знаю, может быть, все дело в голодном подвальном детстве?

***

Накануне Нового года Архимед пытался утащить из кастрюли вареного для салата кальмара. Еле отбили… Но он не угомонился и на другой день пытался отгрызть хвост мороженому судаку.

***

Рассказ про то, как Архимед умыкнул кальмара из кастрюли, вызвал среди моих френдов бурю восторга. Интересно, радовались бы они так же, если бы я вдруг сказал, что сам перед этим стащил кальмара у соседки? Боюсь, что нет. А между тем чем я хуже кота? Тем, что хожу вертикально на задних лапах? Тем, что шерсть не растет у меня по всему телу от лап до носа? Но ведь это закон природы, этого я выбирать не могу. Зато во всем остальном я коту не уступаю, а по части литературных талантов даже превосхожу — таково мое оценочное мнение. А вся слава тем не менее досталась ему, а не мне. Где справедливость?

***

Архимед с большим интересом приглядывается к спиртному. К чему-то просто принюхивается, у каких-то бутылок облизывает горлышко. Благосклонно относится к пиву и виноградным винам, но больше всего любит мартини. Бутылку из-под шампанского тоже может облизать, но только после того, как все выпито: пузырьки его пугают.

***

Поскольку кот он культурный и интересуется ученостью, в записках моих часто встречаются выражения вроде: «Кот лижет пиво, занюхивает словарем… Нализался, в общем». Или: «Кот вчера тряхнул стариной. Сначала съел кусок острой пиццы, потом залакировал пивом. Мы не наливаем, конечно, но он горлышко облизывает… В общем, вспомнил детство золотое. А то все кошачья еда… Скучно».
Несмотря на явный интерес к гастрономической теме, кот долгое время ухитрялся быть очень худым. Единственное место, по которому можно было его гладить, была голова, остальное — шерсть, кожа да кости.

***

Жена с блюдцем в руках бегает за котом по квартире:
— Кисонька, поешь!
Но Архимед удирает, есть отказывается наотрез. Еще бы, ведь если он поест, он может потерять лавры самого худого кота на свете.

***

Жена поймала кота, гипнотизирует его: «Толстей, толстей!» Кот отбивается всеми четырьмя лапами, толстеть не желает…

***

Как известно, все котеи делятся на костеев и толстеев. Архимед же пошел дальше всех и относится к категории кощеев. И вообще внаглую манкирует своими кошачьими обязанностями: худой, короткошерстный, мурлыкать не хочет, гладиться тоже. Жена уговаривает его хотя бы помурчать — и того не желает. Разве только застать его врасплох, когда он сонный.

***

Отчаявшись откормить Архимеда, я сочинил про него стих в духе Маяковского.
«Кот,
Кот –
Наел
Мордоворот!»
Хотя, конечно, есть тут некоторое художественное преувеличение, никакого мордоворота он не наел. Но, как это свойственно подлинным поэтам, выдаю желаемое за действительное. Честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой, и все в таком роде…

***

Впрочем, иногда кот меняет гнев на милость и чего-нибудь съедает. В праздник двух пятерок мы с женой, как и положено китаистам, ели цзунцзы. Кот за наше здоровье съел креветку.

***

В ожидании китайского Нового года купили свиной кожи — идет на разные китайские блюда, в том числе и на баоцзы. Архимед увидел свиную кожу и возомнил себя тигром — бросился на нее, рвет и кусает со страшным мявом.

***

Архимеду не дали вкусных подушечек. Ну, не совсем не дали, а не засыпали его по самые уши, как он хотел. Тогда он залез на стол и в гневе стал бросаться чашками, чайниками и другими предметами кухонной утвари. Уже даже стал присматриваться к холодильнику — еле успели отвлечь.

***

Те, кто говорит, что животные не имеют представления о кулинарной обработке, ошибаются. Наш кот — большой гигиенист: сначала лижет руку и только потом, когда она достигает нужной степени готовности, начинает ее кусать.

***

Как-то раз он с такой силой вцепился в руку жене, что выломал себе зуб. Жена пришла в ужас, стала звать меня. Я тоже хотел ужаснуться, но потом вспомнил, что у котов как раз в этом возрасте выпадают молочные зубы.

***

В другой раз так называемый пушистый котенок притаился в темном коридоре, а когда я проходил мимо, бросился на меня, дерзким и поносным образом покусав за пятку.
Но одними руками и ногами сыт не будешь, и кот не удержался от рецидива. На столе стояла тарелка с растительным маслом (импортозамещенным, если что), он залез на стол и дважды откушал масла. Тем не менее на готовку осталось еще достаточно…

***

В интернете прошел флешмоб — выкладывали видеозаписи, как коты пугаются, столкнувшись с простым огурцом. Такой страх лично я могу объяснить только тем, что они, вероятно, путают огурец со змеей. Однако нашего огурцом не запугаешь. Он ими в детстве ликеры занюхивал…

***

Иногда в Архимеде что-то перещелкивает, и он переходит на совершенно несъедобные закуски, что приводит его самого в ярость. Недавно с утра наелся бумажных салфеток, после чего пытался разорвать диван и двух хозяев.

***

Благодаря своему имени наш Архимед на «ты» с любой техникой, автоматикой и электроникой.
Как только он чуть-чуть подрос, в квартире начались странности. Стоило кому-то из хозяев зайти в ванную и включить воду, там выключался свет. Сначала грешили на электричество, всякие короткие замыкания и тому подобное. Но как-то раз неожиданно застали на месте преступления — кого бы вы думали? — разумеется, Архимеда. Он ждал, пока в ванной включат воду, потом высоко подпрыгивал, бил лапой по выключателю — он у нас широкий и легко переключается — и ванная погружалась во мрак.
Все дело в том, что кот очень беспокоился за нас, когда в ванной включалась вода — не утонем ли? Раньше он только мявкал жалобно, стучал в дверь и просовывал под нее лапы. Но потом подрос и нашел более эффективный способ — просто прыгал и выключал свет. После чего оставшийся в темноте любитель помыться вынужден был взывать к помощи домочадцев. Чувствуя, что сейчас придет кто-то еще и узника освободят, Архимед снова прыгал и включал свет.
Пришедший на помощь видел, что все в порядке, свет горит — и шел прочь. Тогда Архимед снова прыгал и снова выключал свет. И так несколько раз, пока его не застали с поличным и не сделали ему выговор. Не то чтобы Архимеда очень беспокоили хозяйские рацеи, однако, когда шутка открывалась, ему становилось неинтересно, и он искал что-то новое.
— Хулиган — твое второе имя, — в сердцах сказала ему жена.
А я считаю, что первое…

***

Поначалу Архимед развлекался простыми способами, например, выскакивал из-под подушки и бил нас электричеством. Эта его способность навела меня даже на инженерную идею. Чего, думаю, кот бегает по дому без цели и дармоедствует? Пусть приносит хоть какую-то пользу. Я вспомнил уроки физики в пятом классе, нашел эбонитовую ручку от напильника и решил добывать электричество из кота напрямую. Нет никаких сомнений, что я бы реализовал свою идею и Архимед снабжал бы электричеством весь наш подъезд, но неожиданно воспротивилась жена.

***

Потом пошли более сложные технические истории.
Глядя на нас, кот научился включать телевизор. Делает он это до гениального просто: хватает передними лапами пульт, а задними бьет по нему и оглядывается — включился или нет. Когда включается — пульт бросает.
Недовольный, что жена смотрит китайское телевидение вместо того, чтобы круглые сутки его развлекать, кот взял и перенастроил ночью спутниковую антенну. Теперь на всех каналах стала выезжать заставка: «Плохой сигнал». Я не без труда восстановил статус-кво.
Тогда Архимед перешел к решительным действиям. Он начал спать на ресивере, подключенном к спутниковой антенне, и в конце концов этот ресивер благополучно сломал, окончательно оставив нас без китайского телевидения.
В другой раз он разнес мою электробритву на части и одну часть потерял. Причем потерял как раз ту самую, без которой бриться нельзя, а купить ее отдельно тоже невозможно. Сначала я надеялся, что он мне бритву все-таки восстановит. Но он и не чешется. Я даже подумывал подать на него в международный суд в Гааге, но потом вспомнил, что у нас международное право не действует, а рулит наше, внутреннее. А по нашему внутреннему не то что электробритву, по нему и зубочистку не вернут.
Но я нашел выход. Буду стричь котея, из шерсти вязать варежки и валенки и продавать на международном валютном рынке. Осталось только уговорить его обрасти шерстью.

***

Вообще, описывать похождения Архимеда — все равно что капитана Джека Воробья описывать. Это надо не читать, а видеть.
Одной из первых его технических проказ стали его отношения с DVD-проигрывателем. Скучая, он повадился включать его по ночам. Пришлось на ночь выдергивать проигрыватель из розетки. Тогда он стал вручную щелкать его крышкой — той самой, куда вставляются диски. Пришлось крышку на ночь заклеивать скотчем и тогда, наконец, мы смогли хоть немного выспаться.
Но радость наша была преждевременной — котяра научился включать компьютер. Причем, разумеется, делает он это среди ночи.
Впрочем, и этого ему показалось мало, так что однажды утром он опрокинул стол вместе с компьютером. Если уточнить, что стол складной, а компьютер — моноблок, все событие из разряда фантастики переходит в простую обыденность. «Дайте мне точку опоры — и я переверну стол, компьютер и так далее…»
Однако поскольку все событие случилось на моих глазах, я был, признаюсь, впечатлен. А началось все с того, что кот отодрал от окна полоску уплотнителя и пытался его сжевать. Я уплотнитель отнял, сделал коту внушение и вышел из комнаты. Когда я вернулся, кот отдирал следующую порцию. Поняв, что его застали на месте преступления, кот извернулся и произвел мощный удар ногами, чтобы оттолкнуться и взлететь на шкаф. Но, как это бывает даже с котами, промахнулся и ударил со всех копыт как раз-таки в стол, который в этот момент еще был не разобран.
По счастью, спальня у нас маленькая, и моноблок со стола упал не на пол, а на мои сравнительно мягкие ноги.

***

Возвращаясь к техническим способностям кота, скажу, что Архимед не был бы Архимедом, если бы не освоил клавиатуру. Поначалу он предпочитал незатейливые импровизации: выглядывал из-за монитора, потом бросался и одним махом поражал клавиатуру. На мой взгляд, происходило это несколько бессистемно, в духе дикого постмодерна. Видимо, так же думал и сам Архимед, поскольку очень скоро поменял тактику и стал просто ходить по клавиатуре. Жена, войдя в комнату, увидела на мониторе вопрос: отослать сообщение? И вопрос этот исчез прежде, чем она сняла кота с клавиатуры… Я до сих пор гадаю, что именно он тогда отослал и кому?

Впрочем, на клавиатуре он не остановился, освоил еще и мышь. Его застали, когда он щелкал по ней, пытаясь опубликовать написанное. Однако, будучи пойман на месте преступления, не испытал даже тени стыда. Махнул на меня лапой и был таков.

***

Иногда он вспоминает, что он не только Архимед, но еще и дикий зверь. В день, когда Трамп в первый раз был избран президентом Америки, кот изменным собацким обычаем среди ночи сбросил на меня клавиатуру. Правда, сначала он обнаружил, что компьютер перегораживает ему путь на подоконник: кот любит ночью любоваться звездами. Зная, что будить криком посреди ночи меня бесполезно, — доброго слова в ответ все равно не услышишь, — он швырнул в меня клавиатурой. Пришлось вставать и двигать компьютер.

***

Как-то я печатал сценарий очередного сериала. Внезапно компьютер стал издавать очень странные звуки… «Вирус!» — ужаснулся я. Но это был не вирус. Это, спрятавшись за экраном, почесывался Архимед.
Надо сказать, что прошло несколько лет и сейчас у нас почти все предметы в доме издают такие звуки — за каждым прячется по коту.

***

Слышу за спиной страшный грохот падающих дисков и кассет и, не оборачиваясь, рявкаю:
— Архимед, опять?!
За спиной раздается виноватый голос жены:
— Извини, это я. Случайно задела…
А кот это делает всегда специально и диски обратно никогда не ставит.

***

Как-то, еще будучи совсем котенком, Архимед улегся спать. Но перед этим, решив, видимо, что спать в полутьме будет ему невдобно и невместно, включил над кроватью бра.
Возлагаю на кота большие надежды: может быть, удастся приспособить его ходить в магазин за продуктами.

***

За продуктами Архимед так и не ходит, но градус хулиганства все-таки снизил.

***

Стоит мне отойти от компьютера, к нему тут же подходит Архимед и укладывается на клавиатуру. Неудобно, неровно, твердо — но терпит, лежит. Почему? Потому что понял: кто в доме за клавиатурой, тот и главный.

***

Еще будучи совсем котенком, всякий раз, как звонил мобильный телефон, Архимед бросался к нему, но брать еще не мог, поскольку был маленький. Позже научился, но теперь уже не хочет — что там могут интересного сказать коту?

***

Иногда на Архимеда находит лирическое настроение, и тогда он обнимает мои ботинки, стоящие в коридоре, и так и лежит. Но гораздо чаще он хулиганит и буйствует. Причем делает это с младых ногтей.
Вот что писал я об этом в годы его туманной юности.

***

Коту на днях исполнилось четыре месяца. Он ознаменовал эту дату подвигом — ночью стащил мои очки и пытался слопать их под диваном. Нашли не сразу. В итоге целы и кот, и очки, что приписываю исключительно удивительным свойствам моей натуры, сделавшей очки непрожевываемыми. Конечно, справедливости ради следует сказать, что стеклянные линзы бы не устояли, только пластиковые…

***

Чего-то я устал. Причина, видимо, самая обычная — кот ночами спать не дает. Скачет всю ночь по комнате, вспрыгивает на шкаф, валится оттуда с диким грохотом, все переворачивает, открывает проигрыватель, будит нас с женой. И все — в полном молчании. А днем отсыпается, собака.

***

Вчера кот почти обрушил китайскую ширму. А она тяжелая, многочастная. С ужасом смотрю на шкафы. Он, кстати, на них уже запрыгивает с дивана, со стула.

***

Все-таки я недооценивал Архимеда. Свершилось. Вчера глубокой ночью он-таки опрокинул китайскую ширму. А это настоящая ширма, а не узорная подделка, ей можно вместо тарана штурмовать средневековые города… Грохот стоял на полдома.

***

Котяра сегодня сражался с мухой. Победить не победил, конечно, она же огромная, но показал, кто в доме хозяин.

***

Архимед не мелочится, охотится на вертолеты — прямо за окном все время летают. А когда вчера в окно влетел гигантский комар системы «ложномалярийный» и произвел переполох среди хозяев, котяра сделал вид, что его тут нету. Что он, в общем, сильно занят другими делами…

***

В комнату через окно влетела гигантская оса. Все стали с ней сражаться и выгонять обратно на улицу. Котик тоже участвовал в битве — он боялся. Время от времени он осторожно заглядывал в комнату и говорил: «Мррр?» Что лично я перевел бы как «Уже?»
UPD. За год Архимед стал гораздо отважнее и недавно напугал до полусмерти огромного комара, который влетел в комнату на свою беду.

***

Между прочим, у котов очень чувствительная нервная система. Иногда, если что-то пугало Мадлен, она пряталась в шкаф или под кровать и сутками оттуда не выходила. Та же история с Архимедом.

***

Архимед научился прыгать с дивана на шкаф и сбрасывать оттуда китайские свитки. Еще он научился красть из кухни половики и перетаскивать их в прихожую… С некоторым страхом жду дальнейшего прогресса этого удивительного кота.

***

Ночью котяра, видимо, опрокинул стопочку водки и теперь раскачивает картины гохуа. Любимое развлечение… Раньше он еще пытался по картине со шкафа на шкаф перебираться, но не вышло. Китайская картина для этого не приспособлена, то ли дело шторы.
Гуливали и мы когда-то.

***

Пользуясь своей способностью к мимикрии, кот прикинулся диваном, а я едва не сел на него. Вот что значит покровительственная окраска…

***

Кот расцарапал мне правую ногу. Справедливости ради замечу, что я предварительно наступил на него, выходя из ванной — поскольку он ложится в самых неожиданных местах, а в темноте его не видать. Таким образом, мы квиты, мир восстановлен.

***

Вчера ходили по магазинам. Архимед за это время насмотрелся российского телевидения и по нашем возвращении вел себя, как православный активист Энтео: сбрасывал и гонял по полу безобидные даосские безделушки, сбил с полки деревянную сувенирную католическую икону, пытался сгрызть жезл жуи. Пришлось объяснять ему про веротерпимость и про то, что он сам древний грек, а вовсе не «дорогой россиянин»…

***

Кот последовательно сбросил со стола очки, телефон, компьютерную мышь и паспорт. Когда я подверг его за это критике и остракизму, жена сказала, что кисоньке просто скучно, а я нудный. По-моему, нудный как раз не я, а кот. Не вижу ничего веселого в том, чтобы подбирать разбросанные по всей комнате предметы, притом без всякой гарантии, что их не сбросят опять…

***

Коту купили игрушечную летучую мышь, подвешивается за притолоку на резинке. Так он за ней носится, как ненормальный, высунув язык… Играл с мышью, увлекся, обмотался резинками, как Лаокоон — змеями, и пытался себя задушить. Еле отвлекли его от этого богомерзкого занятия…

***

Коту как индивидууму, безусловно, присущ самовозрастающий логос…
Мышь его висит в дверном проеме, прикрепленная к притолоке резинкой. Кот бегает, носится, хватает ее, тащит прочь — резинка натягивается, мышь выстреливает в противоположную сторону. Кот смекнул это, стал устраивать засады. Оттягивает мышь на резинке подальше, сам ложится, держит ее в зубах. Кто-то из домочадцев идет по коридору, кот — раз, и отпускает мышь. Мышь выстреливает, бьет нас по ногам. Кот в восторге несется в другую сторону, залегает под диваном, мало что не хохочет оттуда. Потом вылезает, берет мышь в зубы — и по новой. И, что особенно удивительно, все это — без всякой практической выгоды, из чистого хулиганства.

***

Архимед пытается выцарапать себе иероглифов из китайско-русского словаря.

***

Архимед ест в основном лапами — передними, разумеется, но от этого не легче, он же их перед едой не моет. До этого он некоторое время сидел с нами за столом — не на столе, а именно за столом: задние лапы на стуле, передними облокотился о столешницу — наблюдал. Желая показать изящное воспитание, тоже стал есть руками. Но у нас-то в руках вилки и ложки, а у него только когти…
Боюсь, что это не гигиенично. Но вилку при этом в лапах держать отказывается, бросает на пол.

***

Архимед до сих пор дикий. Другие коты и ластятся, и мурлычат. Этого стоит погладить больше трех раз подряд — и он со страшным мявом бросается в битву.

***

Кот вчера почти догрыз лекции по китайской письменности и взялся за учебник корейского языка.

***

Тот не кот, кто не грохнул хотя бы одну вазу…

***

Кот носится среди мебели и проскакивает в такие щели, в которые мне в жизни не пролезть… И это при том, что для культуры он сделал гораздо меньше меня. Но он ошибочно верит в физическое превосходство и по молодости лет совершенно не озабочен духовно-нравственным совершенствованием.

***

Кот упорно выцарапывает из книжного шкафа китайскую книжку. Но не абы какую, а «Историю живописи. Жанр хуаняо (цветы и птицы)». При этом я сам бы такую книжку читать не взялся, квалификации не хватит. Получается, кот уже обогнал меня в знании китайского и мечтает догнать жену. Но тут ему придется долго пыхтеть…

***

Кот вскрыл набор для каллиграфии, схватил кисть в зубы и уволок ее. А сам между тем не знает пока даже графем. Да что графем, он ломаную от откидной не отличит. Я кисть вернул и сделал ему выговор. Кот не унялся и стал стаскивать со стола зубную нить. Коробочка, падая, ударила ему по носу. Он разозлился, обхватил меня за ногу передними лапами и стал задними по ней барабанить… Как можно говорить о ритуале-ли и уважении к старшим при таком падении нравов? Он, того и гляди, выйдет танцевать по шесть штук в ряд. А началось все с того, что кот схватил кисть.
Правильно говорил Конфуций, что учиться, но не думать — попусту терять время.

***

Кот налопался зеленого перца и рвется к учености: царапает книжный шкаф.

***

Кот запрыгнул на спинку моего стула и заглядывает через плечо: чего пишем?

***

Разговор в электричке о нашем коте. Кота, как известно, зовут Архимед.
Сосед по вагону не расслышал, переспрашивает:
— Чего, как зовут? Архимандрит? Он у вас что — крещен?
После паузы.
— Не только крещен, но и рукоположен…

***

Кот сегодня не спал и к вечеру выбился из сил. Я этим коварно воспользовался и стал его гладить. И он меня даже ни разу не укусил!

***

Обнаружил явную убыль в авторских экземплярах моих книг. Не иначе кот выносит на улицу и там приторговывает.
P. S. Коту ведь тоже на карманные расходы надо.

***

Коту охота покусаться, но законного повода вроде как нет… Тогда он залегает в самом темном месте коридора, маскируется под ковер и ждет. Кто-нибудь из нас, проходя, сослепу дает ему пинка. И тут он с возмущенным криком бросается и начинает яростно кусать обидевшую его ногу…

***

Кот заигравшись, падает всегда с таким грохотом, как будто он — мешок с цементом.

***

Чтобы гладить кота, нужны два человека: один держит, другой гладит. Потом меняемся. В противном случае удирает.

***

В нашей приличной семье завелся кот-агрессор, идущий империалистическим путем: прыгнул на стену и откусил с карты Китая половину Филиппин.

***

Если кот избавится от привычки с разбегу биться обо все головой, из него вырастет чрезвычайно высокая психическая личность.

***

Кот методично жует елку. Боюсь, к новому году иголок не останется, одни гирлянды…

***

Архимед без толку слоняет слоны по квартире. Решил привлечь его к делу: принес с балкона снега, посыпал им кота. Кот рассердился, стал бить снег лапой.
Неискушенные люди скажут, что бить надо не снег, а меня. Но кот умнее: снег ведь сдачи не даст.

***

Кот нашел себе новое развлечение. Прячется под елкой, подстерегая домочадцев; когда кто-то появляется, с криком выпрыгивает на добычу.

***

Кот засел за диваном и отращивает себе бороду. Уже несколько длинных волосинок на подбородке вырастил, похож на старого китайца.

***

Кот увлекся гипнозом по Вольфу Мессингу: устраивается сзади и неотрывно смотрит в затылок.

***

Кот сегодня совершил каминг-аут — облаял меня. Такого даже я ожидать не мог.

***

Архимед то скачет по шкафам, как обезьяна, то рыщет, как волк, то таращится, как лемур. Жена считает, что это вообще не кот.
— Нам дали гораздо лучший мех!

***

Архимед ночью пометил кресло и лежавшую на нем мою футболку. Утром я его изловил и стал увещевать. Однако кот вместо того, чтобы раскаяться в своих бесчинствах, только зашипел на меня сердито на манер змеи гадюки.
Я вас спрашиваю: кот для человека или человек для кота?

***

Захожу вчера вечером в комнату, включаю свет. На полу с видом необыкновенного хитрожопия сидит кот и явно замышляет что-то бандитское. Увидел меня, подумал немного и спрятался под кресло.
Желаю, чтобы так же легко и изящно были сорваны все злодейские планы на свете!

***

А вчера был настоящий триллер. Вечером на секунду оставили балкон открытым. Жена почувствовала неладное, вышла и увидела, что Архимед перебрался на соседний балкон и почти полностью скрылся в окне. Достать его было невозможно, квартиру эту снимают какие-то гастарбайтеры, которых мы не знаем и которые, разумеется, дверь никому не открывают.
На счастье, кот купился на уговоры и довольно быстро сам вернулся назад. Поскольку развернуться ему было негде, шел он пятясь.

***

Жизнь у кота максимально разнообразная. До обеда он спит на спинке дивана, после обеда — на кровати, после ужина — на шкафу, а ночью — на стуле.

***

И, наконец, вершина культурной деятельности кота — он накакал на торшер. При этом ближайшее место, откуда это можно сделать, не нарушая законов физики — потолок. Очевидно, кот втайне от нас приобрел антигравитационные свойства. Или выучился летать, но скрывает…

P.S. К счастью, никакого конца у этой истории нет. Архимед вырос, слегка остепенился и предводительствует теперь целым кошачьим кланом или, по-другому сказать, прайдом, в который, кроме него, входят четыре кошки и один кот помоложе. Но это уже совершенно отдельный эпос, сравнимый разве что с «Илиадой», и рано или поздно я до него доберусь.